Общественное расследование

В Оренбургской области продолжается суд в отношении бывшего начальника СИЗО и его подчиненного

05 декабря 2017

В Советском районном суде Орска продолжается рассмотрение уголовного дела в отношении бывшего начальника местного СИЗО № 2 Евгения Шнайдера и бывшего начальника оперативного отдела этого учреждения Виталия Симоненко. Они обвиняются в превышении должностных полномочий с применением насилия в отношении троих осужденных, один из которых, Владимир Ткачук, от полученных травм впоследствии скончался. Сегодня были допрошены два важных свидетеля обвинения: начальник медчасти следственного изолятора и инженер по технике безопасности.



(Источник фото: http://www.orskeparh.ru)

В ходе судебного заседания врач Лариса Гаевская, являющаяся начальником медчасти СИЗО № 2, рассказала, что о плохом самочувствии Владимира Ткачука она узнала из телефонного разговора с медицинской сестрой Мариной Уткиной, заступившей на ночное дежурство 4 сентября 2013 года. Звонок на ее мобильный телефон поступил после 22 часов, когда она находилась за рулём автомобиля, возвращаясь с работы. Медсестра просила консультацию в связи с тем, что она была встревожена состоянием осуждённого Ткачука. Повторный звонок от Марины Уткиной был уже около полуночи. Уткина сообщала, что её просьба срочно вызвать скорую помощь игнорируется дежурным по распоряжению Евгения Шнайдера, который в тот день исполнял обязанности начальника СИЗО № 2. На вопрос юриста Комитета против пыток Вячеслава Дюндина, почему она не выехала в изолятор немедленно, она ответила, что не обязана была этого делать.

Свидетель Галина Юдина, являющаяся инженером по технике безопасности СИЗО, пояснила, что если бы осужденный Владимир Ткачук действительно был травмирован на работе, то её, как ответственную за состояние безопасности на рабочих местах, обязаны были подключить к служебной проверке, но её о случившемся даже не известили. Данные показания опровергают версию с несчастным случаем. Впрочем, ложность этой версии еще на стадии предварительного следствия признали и сами подсудимые.

Напомним, в сентябре 2013 года в межрегиональную общественную организацию «Комитет против пыток» за юридической помощью обратилась мать осужденного Владимира Ткачука Надежда Чертовских. Она сообщила правозащитникам, что 5 сентября ей позвонил неизвестный и рассказал, что ее сына до смерти забили сотрудники СИЗО № 2 города Орска Оренбургской области, куда Ткачук был прикомандирован для отбывания наказания из колонии-поселения № 11 в качестве хозяйственного работника.

Расследование по факту смерти Ткачука изначально велось вяло и безынициативно: об этом выразительно свидетельствует тот факт, что следователь следственного отдела по городу Орску СУ СК РФ по Оренбургской области Анастасия Чичина шесть раз выносила постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, которые впоследствии по жалобам правозащитников признавались незаконными и отменялись. Полгода следователь утверждала, что полученные многочисленные травмы у Ткачука – результат падения на него доски. Кстати, о том, что именно такой будет официальная версия и сотрудников СИЗО, рассказал Надежде Чертовских в ходе телефонного звонка неизвестный 5 сентября 2013 года.

Следователя, по всей вероятности, устраивала такая картина происшедшего: якобы у стены стояла доска шириной 30 и толщиной 5 сантиметров – этими досками осужденные стелили полы в помещении. Длину доски следователь почему-то не определила, обозначив её «примерно в 2-3 метра». Собственно, «доску-убийцу» следователь и не видела, а просто поверила сотрудникам СИЗО № 2 на слово. И вот эта доска, будто бы, возьми да и упади на голову Владимира Ткачука. Вот только судя по характеру и количеству повреждений, доска эта падала несколько раз…

Позднее заключением специалиста ФГКУ «111 Главный государственный центр судебно-медицинских и криминалистических экспертиз» Минобороны России было установлено, что «характер закрытой черепно-мозговой травмы у Ткачука В.И. указывает на то, что она образовалась в результате неоднократных ударов тупым твёрдым предметом (предметами) с преобладающей травмирующей поверхностью в лобную, теменные, височную и затылочную области головы».

– По версии сотрудников СИЗО, Ткачук получил травму на производстве второго сентября, потом его водворили в ШИЗО якобы за то, что он отказался встать по команде «подъем». Согласно показаниям свидетелей, Ткачук, находясь в ШИЗО, просил оказать ему медицинскую помощь, высказывал жалобы на головную боль и очень плохое самочувствие, а в течение последних суток перед смертью он уже был в бреду, не понимал, где он находится. Однако врачи прибыли к нему лишь в 00.45 5 сентября, когда тот уже был в коме. В 02.50 того же дня медики зафиксировали смерть осужденного, – рассказывает юрист Комитета против пыток Тимур Рахматулин, представляющий интересы матери погибшего.

Уголовное дело по этому факту было возбуждено лишь спустя полгода, но и даже после этого следователи ни на йоту не приблизились к установлению лиц, виновных в смерти Ткачука: дело шесть раз прекращалось, и каждый раз правозащитники обжаловали подобные постановления следователей.

Вместе с тем, 4 мая 2016 года правозащитники подали в Европейский суд по правам человека жалобу в интересах Надежды Чертовских. В декабре того же года эта жалоба была коммуницирована – российским властям были заданы вопросы об обстоятельствах смерти Ткачука, а также об эффективности проводимого расследования на национальном уровне.

7 июня этого года в рамках расследования уголовного дела по факту смерти Владимира Ткачука были задержаны двое высокопоставленных сотрудников орского СИЗО № 2: начальник учреждения Евгений Шнайдер и начальник оперативного отдела Виталий Симоненко.

Позднее Евгений Шнайдер признал свою вину в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ («Превышение должностных полномочий с применением насилия») – он нанес несколько ударов в область рук и грудной клетки осужденному Владимиру Ткачуку.

Главным виновным в избиении Ткачука следствие считает Виталия Симоненко. Изначально ему было предъявлено обвинение в совершении преступлений по двум статьям: превышение должностных полномочий с применением насилия, повлекшее тяжкие последствия, и умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. В ходе расследования следствие установило, что у Симоненко не было умысла на причинение тяжкого вреда здоровью Владимира, поэтому из обвинения была исключена часть 4 статьи 111 УК РФ.

Позднее в уголовном деле появились еще двое потерпевших – по версии следствия, в тот же день, когда был избит Ткачук, Симоненко избил двух осужденных.

После утверждения прокуратурой обвинительного заключения уголовное дело было направлено в Советский районный суд Орска, и 10 ноября состоялось предварительное судебное заседание.

«Прозвучавшие в сегодняшнем судебном заседании показания свидетелей полностью согласуются с показаниями, которые дал ранее по делу Василий Мирзоджанов, являющийся одним из потерпевших, – комментирует юрист Комитета против пыток Вячеслав Дюндин, представляющий его интересы и интересы матери погибшего Ткачука. – Ранее Василий рассказал, что был очевидцем событий, приведших к смерти осужденного Владимира Ткачука, в частности, видел его избиение. Также, по словам Мирзоджанова, он и другие осужденные находились в одной камере с избитым Ткачуком и видели, как тому становилось всё хуже и хуже. Через какое-то время после помещения в камеру Ткачук начал бредить и перестал узнавать людей, Василий и другие осужденные многократно на протяжении двух суток просили у сотрудников ФСИН оказать ему медицинскую помощь. Однако Владимира Ткачука, со слов Василия, унесли из камеры в санчасть тогда, когда тот находился в бессознательном состоянии. Также Василий рассказал, как ему и другим осужденным под угрозой физической расправы дали указание рассказывать всем о том, что на Ткачука упала доска, и будто он сам им об этом рассказывал».

Судебное заседание будет продолжено завтра, 6 декабря 2017 года.

Назад...

.