Общественное расследование

"Небермудский треугольник. Контратака криминала или "ментовские войны?", 1 февраля 2013 года, Новая газета в Нижнем Новгороде

Казанский отдел полиции «Дальний» в прошлом году «прогремел» на всю страну, когда там был до смерти замучен задержанный Сергей Некрасов. Последствия, как ни странно, мы узрели, причем серьезные: отдел полиции расформирован, все сотрудники — выведены за штат, а вскоре из-за поднявшегося скандала глава МВД Татарстана лишился своего поста. Но в ОП «Дальний» этот случай был не первым, не говоря уже о других ОП, и почему именно он стал «последней каплей» — пока сказать трудно. Нельзя исключать версии, что это — одна из контратак криминала. Тайному еще предстоит стать явным. Судя по всему, нечто подобное разворачивается и в Нижнем Новгороде…

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Пострадавшие от рук полицейских в ОП-1 Низами Гасанов и Эльшан Заманов

Краткая фабула

В начале марта 2012 года сотрудники Отдела полиции № 1 (ОП-1) УМВД РФ по Нижнему Новгороду (бывшее Автозаводское РУВД) провели операцию в рамках уголовного дела об угоне автомобилей. Были задержаны двое уроженцев Азербайджана, которые, после участия в «оперативных» мероприятиях, обратились с заявлениями о пытках и избиении в Комитет против пыток. В апреле 2012 года на основании их заявлениям было возбуждено уголовное дело по признакам превышения сотрудниками полиции должностных полномочий с применением насилия и спецсредств. В деле имеются медицинские документы, подтверждающие причинение вреда, а также показания свидетелей о том, что до задержания потерпевшие были целы и невредимы.

Осенью 2012 года в интервью телестанции «Сети НН» заместитель начальника ОП-1 подполковник Владимир Самсонов охарактеризовал заявление о пытках как контратаку криминала в ответ на разгром банды угонщиков. По его словам, из-за этого расследование дела об угонах 27-ми автомобилей практически встало, что и являлось целью заявителей.

В настоящее время «дело о пытках» расследует группа следователей отдела по особо важным делам Следственного управления СК РФ по Нижегородской области, и в январе 2013 года появились первые обвиняемые: 21 января — сам Самсонов, а через два дня — начальник уголовного розыска ОП-1 подполковник Сергей Алимов и его заместитель майор Иван Вечканов. К 25 января число обвиняемых достигло пяти человек: обвинение предъявлено оперуполномоченным ОУР ОП-1 Евгению Теленкову и Сергею Николаеву. Не исключено, что будут и другие, ибо, по словам потерпевших, их пытали шесть или семь человек.

Гидравлический пресс

В судебном заседании по избранию Алимову и Вечканову мер пресечения следователь по особо важным делам Юрий Еланцев сделал сенсационное заявление, что на него оказывается беспрецедентное давление со стороны высшего руководства областного ГУ МВД. Так, он упомянул, что к нему приезжали начальник ГУ МВД генерал-лейтенант Иван Шаев и его заместитель генерал-майор Виктор Цыганов, которые, по его словам, пытались воздействовать на него с целью воспрепятствования предварительному расследованию. Согласно закону, следователь — процессуально самостоятельная фигура, и его постановления вправе отменить лишь надзирающий прокурор или суд. Навряд ли полицейские генералы не знают этой нормы, отчего и обращает на себя внимание то, с какой легкостью они поставили под удар свою служебную репутацию. Кстати, тот же Виктор Цыганов вместе с начальником ОП-1 полковником Александром Тиняевым выступили в качестве поручителей за Алимова и Вечканова в суде по избранию им меры пресечения.

Кроме того, поскольку в этих событиях со стороны, противоположной полиции, участвуют этнические неславяне, некоторые блогеры занялись активным распространением в интернете комментариев с признаками ксенофобии и даже экстремизма.

Ситуация непростая. Никто не возьмется утверждать, что хотя бы одна из сторон этой истории непременно окажется безгрешной. Ведь и пытки в полиции — это реалия наших дней, и атаки криминала на правоохранительные органы — не редкость.

Вопросов на сегодня больше, чем ответов

Например, если верить словам Владимира Самсонова, сказанным в его осеннем интервью, основная цель «контратаки криминала» — сделать невозможным расследование в ОП-1 дела об угонах, то почему эту проблему нельзя было решить в рабочем порядке, а пришлось выносить на публику? О каком «торможении расследования» говорил на телекамеру высокопоставленный полицейский, если дело уже было расследовано и передано в суд, но в отношении совершенно других обвиняемых? И, наконец, как объяснить, что после выхода в телеэфир скандального сюжета на канале «Сети НН» о наездах на автозаводских полицейских заметно ускорилось расследование дела о пытках в ОП-1?

«Сотрудники полиции разучились работать, — говорит председатель МРОО «Комитет против пыток», член Совета по развитию гражданского общества и по правам человека при Президенте РФ Игорь Каляпин. — Когда число раскрытых преступлений стало основным показателем оценки работы полицейских, безнаказанные пытки со временем вошли в обычную практику их работы, негласно поощряемую руководством, и поэтому сотрудникам полиции нет нужды поддерживать и повышать квалификацию. Более того, добросовестный сотрудник, соблюдающий все требования закона, быстро становится неугодным: он не дает нужных показателей. Поэтому он не продвигается по служебной лестнице и быстро покидает эту систему. Так возникает негативный естественный отбор».

Все это в очередной раз ударило бумерангом по самим же полицейским. Когда был создан Следственный комитет РФ, и в его компетенцию передано расследование преступлений сотрудников полиции, разрушились прежние сдерживающие связи, возникли новые корпоративные и личные карьерные интересы. В результате появились дополнительные возможности хотя бы частичного устранения накопившихся, мягко говоря, недостатков.

Но эффект от чисто административного преобразования единой, в общем-то, правоохранительной системы не может быть достаточно полным. Для «окончательного решения вопроса» не обойтись без структур гражданского общества.

Перед законом все равны

В этой ситуации уважения и внимания заслуживает неизменная позиция «Комитета против пыток», которую можно охарактеризовать фразой из американского полицейского телесериала «Ти Джей Хукер»: «Самое главное — это закон. Без него эти джунгли становятся еще страшнее». Уже много лет КПП последовательно борется с недозволенными методами получения доказательств с помощью физического и психологического насилия, проще говоря — с пытками. И борется невзирая на то, кто становится их жертвами, в полном соответствии с Европейской Конвенцией по правам человека.

«Мы не вдаемся в подробности, совершил обратившийся к нам человек правонарушение или нет, это прерогатива суда, — говорит руководитель отдела расследований Нижегородского отделения КПП Дмитрий Утукин, — Мы проводим общественное расследование исключительно по обращению в связи с признаками применения пыток, делаем соответствующее заключение и направляем его в соответствующие инстанции».

«Нас нередко пытаются обвинить в том, что мы якобы покрываем «этническую преступность», — продолжает он, — Прежде всего, нужно сказать, что «этнической преступности» в действительности нет. Это не более чем ложный и крайне опасный штамп. Он не только маскирует подлинную проблему организованной преступности, но и направляет общественное мнение по ложному следу, неявно приписывая тем или иным этносам якобы присущие им от природы криминальные черты. Что это, если не стимуляция ксенофобии и разжигание розни по этническому признаку? В действительности же существуют этнические преступные группы, то есть объединения этнически близких людей, созданные с изначально преступной целью. Согласитесь, что это не одно и то же. Во-вторых, статистика показывает, что порядка 90 процентов дел, находящихся в производстве нашего отделения КПП, расследуется по заявлениям этнических славян. Примерно в той же пропорции выносятся решения об установлении факта пыток. Из 510 человек, обратившихся к нам за 2008–2012 годы, лиц с «кавказскими» фамилиями всего 24. О каком же «покровительстве этнической преступности» с нашей стороны может идти речь? Более того, 22 января родственники одного из взятых под домашний арест сотрудников ОП-1 обратились к нам с жалобой на моральное давление со стороны следователя, ведущего уголовное дело. Это заявление будет нами столь же тщательно проверено».

Ребра жесткости

Как известно, удаление слабых мест в любом материале приводит к упрочнению оставшегося. Поэтому простой рецепт не может не сработать: во-первых, систему МВД нужно избавить от тех, кто в рамках закона работать не может. Во-вторых, виновных нужно наказывать в полном соответствии с законом. И в третьих, необходимо применять меры дисциплинарного воздействия по отношению к тем руководителям подразделений, под начальством которых подчиненные позволяют себе все, что вздумается. В этом смысле деятельность «Комитета против пыток» крайне важна для простых людей и государственного аппарата.

И наконец последнее — наверное, самое важное. На сайте КПП идет опрос на тему: «Кого, на ваш взгляд, можно пытать?» Так вот: даже среди посетителей этого сайта (а это относительно толерантная и гуманная аудитория) почти четверть в той или иной степени считает пытки допустимыми. Стоит ли тогда удивляться, что это средневековое явление до сих пор существует в нашей жизни и, словно проказа, разъедает российскую правоохранительную систему? До тех пор, пока оно не исчезнет, нас ждут новые реинкарнации «небермудского треугольника» ОП — КПП — СК.

«Новая» в Нижнем» будет и следить за развитием событий вокруг ОП-1

Лев Лерман
Источник: Новая газета в Нижнем Новгороде

Назад...