Общественное расследование

Проверка в особом режиме. С инцидентом в нижегородской колонии разбираются в Москве, 25 июня 2013 года, КоммерсантЪ в Нижнем Новгороде


 


К моменту проверки в рядах недовольных отношениями с сотрудниками колонии осталось лишь несколько заключенных
Фото: Александр Петросян / Коммерсантъ 
 


К расследованию инцидента в нижегородской колонии особого режима №1, где более 20 заключенных пожаловались на избиение сотрудниками колонии, подключились на федеральном уровне. Свои проверки проводят Совет при президенте по правам человека, Федеральная служба исполнения наказаний и Следственный комитет РФ. Их высокопоставленные сотрудники лично посетили колонию. Разбирательства могут завершиться отставками и уголовным делом, считают юристы, указывая, что подобная оперативная реакция федеральных органов для сферы защиты прав заключенных исключительна и является заслугой местных правозащитников, вовремя забивших тревогу. Между тем в колонии отрицают факт избиения, указывая на «специфику контингента» и попытку «дискредитации режима» всей системы исполнения наказаний.

В начале июня более 20 заключенных ИК-1 особого режима в поселке Сухобезводное Нижегородской области через своих родственников обратились к правозащитникам с жалобами на то, что сотрудники колонии и бойцы отдела специального назначения областного ГУ ФСИН избили их в ходе обыска. Ситуация стала причиной доследственной проверки со стороны Следственного комитета РФ, прокуратуры, а также Федеральной службы исполнения наказаний. В состав специально созданной для расследования инцидента комиссии вошли представители надзорных ведомств, а также Совета при президенте России по развитию гражданского общества и правам человека.

«Нам удалось побеседовать с 20 осужденными и несколькими сотрудниками колонии, — рассказал по итогам визита в колонию председатель президентского совета Михаил Федотов. — Надо признаться, что ситуация неоднозначная. С одной стороны, мы убедились, что травмы есть. Слава богу, не тяжелые — без переломов и проникающих ранений. Но с другой — значительная часть осужденных отказалась от своих слов, поясняя, что травмы они получили во время прогулок, падения с лестницы и занятий в фитнес-зале. Теперь, чтобы определить происхождение телесных повреждений, необходима отдельная экспертиза». По словам господина Федотова, было бы проще разобраться в ситуации, если бы сотрудники фиксировали свои действия во время обысков на видео: «К сожалению, доказательств своей невиновности сотрудники и руководство колонии предоставить не могут, но они утверждают, что избиений не было, а обыски проводились в плановом режиме».

Заместитель директора ФСИН Анатолий Рудый, также лично посетивший колонию, отметил, что обыск в ИК проводился в связи поступлением информации «о предстоящих попытках дискредитаций режимов нескольких колоний». «Последнее время идет напряженность в системе. Ее пытаются расшатать. У нас имелась информация по нескольким колониям, что пытались дискредитировать систему как внутри колонии, так и снаружи, привлекая родственников». Также он рассказал, что в ходе обыска были обнаружены запрещенные предметы — сотовые телефоны и сим-карты «ИК-1 — колония особого режима, где содержатся особо опасные преступники, — напомнил он. — Только один из написавших жалобы оказался впервые осужденным, остальные имеют три-четыре судимости». Заместитель директора ФСИН также считает отсутствие видеофиксации грубейшим нарушением. «Назначена служебная проверка. В колонии работает московская комиссия. По результатам проверки сотрудники колонии будут привлечены к строгим дисциплинарным взысканиям», — подчеркнул он.

Начальник ГУ ФСИН по Нижегородской области Виктор Дежуров факт применения насилия в отношении осужденных посчитал «не установленным». Он сообщил, что в связи с произошедшим будут приняты организационные и технические меры, в частности у сотрудников колонии появятся видеорегистраторы.

Заместитель председателя нижегородского отделения Общественной наблюдательной комиссии Олег Хабибрахманов, на местном уровне инициировавший расследование инцидента в колонии, говорит, что сотрудники ГУ ФСИН «сделали все возможное», чтобы расследование жалоб было затруднено. Так, по его словам, во время обыска лица сотрудников спецназа были скрыты масками, а на форменной одежде отсутствовали какие-либо идентифицирующие знаки. «Камера видеонаблюдения в помещении ШИЗО, где предположительно и происходило избиение, была развернута объективом в стену, — продолжает он. — Записи же с остальных видеокамер, со слов администрации, не сохранились по техническим причинам. Медицинское освидетельствование осужденных состоялось лишь через несколько дней после события. Кроме того, к проверке информации не были привлечены следователи Следственного комитета РФ, не проводился также осмотр места происшествия». По словам Олега Хабибрахманова, главная задача правозащитников — «не упустить из вида» заключенных, которые не отказались от своих слов и по-прежнему настаивают на избиении. Таких, по словам правозащитника, осталось всего четыре.

Ситуация в ИК-1 типична, нетипична скорость, с которой информация стала известна общественности, считает адвокат фонда «В защиту прав заключенных» Валерий Шухардин. По его словам, именно поэтому инцидентом заинтересовались на федеральном уровне: «Такие ЧП должны расследоваться незамедлительно. Прошло два-три дня, и доказать что-то становится невозможно. Понимая это, правозащитники и забили тревогу сразу же». Что касается возможного развития событий, то, по словам адвоката, доследственная проверка должна закончиться уголовными делами: «Европейский суд говорит, что если органы власти вразумительно не могут объяснить, откуда у осужденных появились телесные повреждения, то, соответственно, они виновны в нанесении травм».

Антон Прусаков
Источник: КоммерсантЪ в Нижнем Новгороде 

Назад...