Общественное расследование

Как расследовать пытки, 1 февраля 2017 года, Russian Gate



Бабушка, «террорист» и случайный прохожий: три истории из практики Комитета по предотвращению пытк

31 января 2017 года «Комитет по предотвращению пыток» презентовал в Сахаровском центре книгу-методику «Общественное расследование пыток и других нарушений фундаментальных прав человека». Russiangate публикует три случая из практики КППП


Комитет против пыток в защиту прав Лилии Греминой

(дело общественного расследования № 437-НН, начато 30.03.2007 г.)

Утром 24 марта 2007 года жительница города Нижнего Новгорода Лилия Михайловна Гремина, 1937 года рождения, поехала на площадь Горького с це­лью принять участие в массовом мероприятии объединенной оппозиции «Марш несогласных», место и время которого городские власти согласовать отказались. На фоне решимости организаторов провести шествие в город было введено око­ло 20 тысяч прикомандированных сотрудников полиции и военнослужащих Вну­тренних войск с БТРами и водометами, была развернута кампания незаконных превентивных задержаний активистов и лиц, прибывавших на акцию из других городов (так называемый план «Крепость»). В районе площади Горького и при­легающих улиц было организовано несколько линий милицейского оцепления и импровизированные блокпосты. В конечном итоге, попытка проведения шествия была подавлена превосходящими силами ОМОНа, около 100 активистов были за­держаны. Лилия Михайловна, будучи пенсионером, не являлась членом каких- либо политических партий и движений. О «Марше несогласных» она узнала из листовок. О том, что данное мероприятие фактически запрещено властями, Лилия Михайловна также не знала. С собой у неё был непрозрачный целлофановый па­кет, в котором находился изготовленный ею плакат с надписью: «Едино грызлу- щих Россию за вымирающий в бесправии и нищете народ — к ответу!».

Лилия Михайловна дошла до площади Горького, где её остановили дежурив­шие в оцеплении сотрудники милиции, которые спросили, куда она идёт и с какой целью. Гремина сказала, то идёт на «Марш несогласных», на что ей ответили, что ей нужно пройти на площадь с другой стороны. Лилия Михайловна, доверяя сотруд­никам милиции, пошла в указанную ей сторону. Когда она завернула за угол, и её не стало видно основной массе людей, Гремину вновь остановили уже другие со­трудники милиции, которые попросили ее предъявить содержимое пакета. Пенсио­нерка ответила отказом, в качестве документа, удостоверяющего личность, предъ­явила пенсионное удостоверение. Сотрудники милиции стали требовать от Лилии Михайловны пройти в автобус, однако, вновь получили отказ. В какой-то момент появился милиционер с видеокамерой и стал производить съёмку происходящего. Один из сотрудников милиции сказал пенсионерке, что в том случае, если она сама не пойдёт в автобус, то её поведут туда силой. В знак протеста против действий и требований сотрудников милиции, которые Лилия Михайловна посчитала незакон­ными, она села на асфальт. После этого милиционеры подогнали служебную маши­ну марки «УАЗ», двое сотрудников взяли её под руки, а третий подталкивал в спину. Считая задержание незаконным, пенсионерка выставляла руки и ноги, мешая дей­ствиям милиционеров. В ответ на это сотрудники милиции стали выворачивать ей руки, милиционер, сидевший в автомашине, схватил её за ногу — таким образом её закинули внутрь. При этом Гремину кто-то сильно ударил в область спины. На ав­томобиле Гремину довезли до стоявшего на площади Горького автозака, в который Лилия Михайловна прошла сама, так как боялась, что к ней вновь будет применена физическая сила. Позже, около 15-ти часов автобус с Греминой Л.М. и другими задержанными поехал в Автозаводский РУВД. Лилию Михайловну поместили в подвал; находясь там, пенсионерка не могла пить, есть, сходить в туалет, ей приходилось стоять, так как мест для сидения не было. Через какое-то время Гремину и других задержанных заставили подняться на 4-й этаж, где в одном из кабине­тов ее опросила не представившаяся женщина-дознаватель. Около 17 часов Лилии Михайловне стало плохо, она попросила вызвать ей скорую медицинскую помощь. Приехавшие врачи сделали укол, после чего на своей машине отвезли Гремину в больницу, откуда пожилая женщина отпросилась домой.

26 марта Лилия Михайловна обратилась в травмпункт, где у неё были зафикси­рованы ушибы правого плеча. Кроме того, 27 марта 2007 года она по своей инициати­ве прошла судебно-медицинское освидетельствование: согласно акту судебно-меди­цинского освидетельствования №1007-ПЛ от 27 марта 2007 г., имеющиеся у Греми­ной Л.М. телесные повреждения в виде двух кровоподтёков в области правого плеча возникли от действия твёрдого тупого предмета и могли образоваться 24 марта 2007 г.

26 марта 2007 г. Гремина Л.М. подала заявление на имя начальника УВД Нижегородского района города Нижнего Новгорода полковника милиции Сербула И.А., в котором просила привлечь к уголовной ответственности трех мужчин, оде­тых в форму сотрудников милиции, которые причинили ей телесные поврежде­ния. Данное заявление вместе с телефонограммой из травмпункта, куда обраща­лась Лилия Михайловна для фиксации телесных повреждений, было направлено в прокуратуру Нижегородского района для решения вопроса о подследственно­сти. 29 марта 2007 года старшим следователем прокуратуры Нижегородского рай­она города Нижнего Новгорода Балденковым А.П. было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием события преступления, однако, о вынесении данного решения Заявительница уведомлена не была.

30 марта 2007 г. Гремина обратилась в Комитет против пыток с заявлени­ем об оказании ей юридической помощи и проведении общественного рассле­дования по факту незаконного применения насилия и ограничения её свободы сотрудниками милиции. Получив объяснение Заявительницы, сотрудники Комитета приступили к проверке изложенных в нем обстоятельств. В ходе проверки Комитет против пыток пришёл к выводу о нарушении в отношении Греминой Л.М. Статей 3, 5, 13 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Юридическое сопровождение дела осуществлял инспектор Отдела расследований Иван Гилевич.

По факту применения насилия сотрудниками милиции к пенсионерке Гре­миной Л.М. следователем прокуратуры Нижегородского района г. Н.Новгорода Андроповым А.Ю. была проведена ещё одна проверка (Лилия Михайловна обра­тилась с заявлением в прокуратуру 11 мая 2007 года), по итогам которой 21 мая 2007 года вновь было вынесено постановление об отказе в возбуждении уго­ловного дела за отсутствием в действиях сотрудников милиции Стахеева В.В. и Фомина А.Д., осуществлявших задержание пенсионерки, состава преступления, предусмотренного ст. 286 УК РФ. Данное решение было обжаловано сотрудника­ми Комитета против пыток в суд Нижегородского района, отказ в удовлетворении этой жалобы в свою очередь был обжалован в кассационном порядке, однако, и эта жалоба также осталась без удовлетворения.

В сложившейся ситуации юристами Комитета против пыток было принято решение обратиться в Европейский суд по правам человека: 7 октября 2008 г. была подана жалоба о нарушении в отношении Греминой Ст. 3 Конвенции в ча­сти запрета бесчеловечного и унижающего достоинство обращения, Ст.. 3 в части обязательства провести эффективное расследование, Ст. 5, СТ. 13 в сочетании со Ст. 3 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Данная жалоба № 17054/08 была коммуницирована Европейским судом 8 декабря 2011 г.

Практически сразу после направления жалобы в Европейский суд по пра­вам человека руководителем следственного отдела по Нижегородскому району г. Н.Новгорода советником юстиции Маликовой О.Н. было отменено постанов­ление от 29 марта 2007 года об отказе в возбуждении уголовного дела. Однако, в последующие месяцы следователем Анисимовым И.И. было вынесено еще шесть постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела, причём пять из них, будучи по своему содержанию абсолютно идентичны отменённому неза­конному постановлению от 29 марта 2007 года, каждый раз по своей инициати­ве отменялись Маликовой как незаконные и необоснованные. Последнее поста­новление об отказе в возбуждении уголовного дела в рамках данной проверки было вынесено 23 января 2009 года.

14 марта 2011 года судья Нижегородского районного суда Нижнего Новгорода Миронова Н.В. частично удовлетворила исковые требования Греминой Лилии Михайловны: суд обязал взыскать с ответчика, Министерства финансов РФ, за счет казны РФ, в пользу Греминой Л.М. компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей. Однако кассационным определением от 24 мая 2011 года размер компенсации морального вреда был снижен до 10 000 рублей: судебная коллегия посчитала размер данной компенсации достойным, соответствующим требовани­ям разумности и справедливости.

В настоящее время жертва и Комитет против пыток ожидают решения ЕСПЧ данной жалобе.

Комитет против пыток в защиту прав Зубайра Идрисова

(дело общественного расследования 005-СМГ, начато 23.05.2010)

23 мая 2010 года в СМГ обратился Идрисов Адлан Усманович, заявивший о применении пыток и фабрикации уголовного дела в отношении его сына, Идри­сова Зубайра Адлановича, 1991 года рождения. В связи с подачей данного заявле­ния Сводной мобильной группой было проведено общественное расследование, в ходе которого удалось установить ряд следующих обстоятельств.

3 августа 2009 года в селе Автуры Шалинского района Чеченской Республи­ки был подорван автомобиль начальника ОВД по Шалинскому району Магомеда Хожахметовича Даудова (более известного в Чечне по радиопозывному «Лорд»). В результате водитель получил ранения, автомобиль — повреждения, сам Даудов в момент взрыва в автомобиле не находился. Зубайр Идрисов, согласно показани­ям свидетелей, во время этой диверсии находился в селе Курчалой.

Как пояснил заявитель, в ночь с 4 на 5 августа 2009 года Зубайр Идрисов был похищен неизвестными вооруженными людьми в масках. Одновременно с Зубай- ром из того же села был похищен его знакомый Аслаханов Зелимхан Султанович, 1990 года рождения. В отношении Идрисова и Аслаханова применялось физиче­ское насилие, при этом похитители требовали сообщить сведения об участниках покушения на начальника ОВД, совершенного 3 августа 2009 года. Спустя три часа Идрисов и Аслаханов были освобождены в районе автозаправочной станции недалеко от села Мескерт-Юрт.

2 сентября 2009 года в с. Автуры сотрудниками правоохранительных органов были задержаны Зелимхан Аслаханов и Межидов Идрис Анзурович, 1990 года ро­ждения. При этом Зубайр Идрисов, которого также пытались задержать сотрудни­ки милиции, скрылся. Родители Зубайра рассказали, что ночью в их домовладение приехали сотрудники батальона «Юг», искали Зубайра. Затем Идрисовым позвонил начальник ОВД по Шалинскому району Магомед Даудов и в ультимативной форме потребовал доставить к нему Зубайра. 3 сентября 2009 года около 13 часов Идрисов Адлан и его жена Идрисова Ану сами привезли своего сына в ОВД по Шалинскому району и передали Зубайра Магомеду Даудову в его служебном кабинете.

Вечером этого же дня в новостной программе местного телевидения был показан сюжет, в котором Президент Чеченской Республики Рамзан Кадыров раз­говаривал с Идрисом Межидовым, Зубайром Идрисовым и Зелимханом Аслаха­новым в месте дислокации 249-го отдельного батальона оперативного назначения Внутренних войск МВД РФ «Юг». В разговоре принимал участие отец Межидова. Про задержанных сообщалось, что они якобы пытались взорвать начальника ОВД по Шалинскому району Даудова и планировали совершить подрыв Октябрьского РОВД Грозного и мечети.

Сам Зубайр Идрисов позднее сообщил о применении к нему насилия с це­лью получения признательных показаний о преступлении, которого он не совер­шал. Идрисов в частности указал:

«Я явился с повинной в Шалинское ОВД 03 сентября 2009 года вместе со своим отцом. Рассказал, что три раза носил еду на окраину леса одному из членов НВФ, с которым я познакомился, когда с друзьями жарил мясо во время пикника, когда те вышли из леса. По существу изложил все моменты моих взаимоотноше­ний с этим человеком, покаялся и готов был получить заслуженное наказание. Но сотрудники этого Отдела оформили меня как задержанного при проведении розыскного мероприятия и сразу после допроса передали сотрудникам батальона «Юг». Там у меня ничего не спрашивали, били, подключали ток, и в шоковом состоянии повезли к Президенту ЧР Р.А. Кадырову. Привезли еще двоих ребят, которые сейчас проходят со мной по одному делу: Аслаханова и Межидова. Пре­зиденту про нас доложили, что мы являемся теми, кто якобы совершил подрыв автомашины Лорда. Никакого отношения ни к этому, ни к какому другому подры­ву я не имею. Сказать Президенту об этом побоялся потому, что они уже заранее приготовили легенду, которую я в состоянии стресса не смог бы опровергнуть и вообще не был уверен, что он захочет меня выслушать. Оттуда нас опять доста­вили в батальон «Юг», где командир этого батальона «Эбби» нас избивал лично».

В дальнейшем Идрисову, Межидову и Аслаханову было предъявлено обви­нение в совершении покушения на жизнь Даудова, участие в банде, незаконном обороте оружия, и они были осуждены приговором судьи Верховного суда Че­ченской Республики Исмаилова В.Д. от 8 июня 2010 года. Идрисову З.А. было назначено наказание в виде 9-ти лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Обвинения по подготовке терактов в Грозном, о которых говорилось в новостях, молодым людям не предъявлялись.

В ходе следствия и судебного рассмотрения дела сторона обвинения утвер­ждала, что все трое были задержаны 4 сентября 2009 года при попытке уйти в горы с оружием. Суд согласился с этим утверждением. При этом, однако, был совершенно проигнорирован тот факт, что новость о задержании троих «терро­ристов» и видеосюжет об этом появились в средствах массовой информации уже поздно вечером 3 сентября и рано утром 4 сентября.

Далее, фотографии, которые, согласно материалам дела, были сделаны в ходе осмотра места происшествия (места задержания), по утверждению эксперта, изготовить не удалось вследствие неисправности фотоаппарата. Однако, в распо­ряжении юристов СМГ оказались фотографии с осмотра этого места происшест­вия, на которых Идрисов запечатлен с явными следами телесных повреждений на лице.

Указанные фотографии были направлены юристами Сводной мобильной группы в следственные органы в качестве приложения к заявлению о возбуждении уголовного дела по факту фабрикации обвинений в отношении Зубайра Идрисова. Однако, в возбуждении уголовного дела было отказано под предлогом того, что происхождение данных фотографий для следователя «неизвестно». Сам вопрос подлинности фотографий следователем изначально не рассматривался, соответст­вующие исследования фотографий были назначены намного позже, при этом все материалы направлялись в экспертные центры, где отсутствуют соответствующие специалисты по фототехнике. На момент написания настоящего раздела исследо­вание фотографий государственными органами так и не проведено.

В настоящее время следственными органами проводится две проверки: по заявлению об избиении и фальсификации материалов уголовного дела - Шалинским МСО и по обстоятельствам доставления Идрисова в расположение батальо­на «Юг» - военным следственным отделом в/ч 608798.

По обоим материалам проверок следователями систематически выносятся незаконные процессуальные решения, большинство которых отменяется в резуль­тате обжалования юристами СМГ в вышестоящие следственные органы и суд; необходимые проверочные действия своевременно не выполняются. Кроме того, в ходе проверки следователь осознанно игнорирует факт наличия видеозаписи, сделанной накануне даты официального задержания Идрисова. С течением вре­мени возможность установления истины по делу уменьшается; проводимое рас­следование не соответствует критериям эффективности.

Учитывая саботаж расследования уголовного дела 21 апреля 2011 г. Коми­тет против пыток в интересах Зубайра Идрисова обратился в Европейский суд по правам человека с жалобой на нарушение Российской Федерацией Ст. 3, 5 и 13 Конвенции.

Комитет против пыток в защиту прав Алексея Якимова 

(дело общественного расследования №650 от 23.04.2009 г.)

5 апреля 2009 года около 2 часов ночи на улице Рождественская города Нижнего Новгорода Алексей Викторович Якимов и один из его товарищей были незаконно задержаны двумя пьяными сотрудниками милиции — не находивши­мися на службе лейтенантом милиции Корёгиным Олегом Павловичем и капита­ном милиции Тимофеевым Анатолием Александровичем — и препровождены в Нижегородское РУВД. Товарища вскоре отпустили, а самого Якимова в кабинете № 323 в течение трех часов подвергали зверским пыткам — связанным подвеши­вали за скобу сейфа в неудобной позе, избивали руками и ногами, надевали на голову полиэтиленовые пакеты с символикой супермаркетов (сами преступники называли эту процедуру «походом в магазин») и перекрывали доступ кислорода. На просьбу жертвы дать пить один из истязателей вылил в надетый на голову па­кет банку пива (пиво милиционеры распивали в течение всего времени пребыва­ния жертвы в кабинете). На вопрос — за что бьете? - милиционеры отвечали: «за то, что ты лысый и здоровый!». В конце концов Якимов заявил сотрудникам ми­лиции, что дела этого он так не оставит, будет жаловаться. Тогда они сказали, что убьют Якимова. Один из милиционеров предложил выстелить себе в ногу, чтобы инсценировать нападение, а затем выбросить жертву в окно третьего этажа. Ког­да окно открыли, Якимов стал кричать. Тогда сотрудники милиции заткнули ему рот кляпом, разделили его вещи (включая два сотовых телефона), и сказали, что повезут на очистные сооружения «хлебать говно». Сковав наручниками, Якимова отвезли на Гребной канал. Здесь ему зачитали импровизированный «приговор», сказали, что «его никчемная жизнь закончена» и после напутствия «Всплывешь в Чебоксарах — передай привет чувашам» бросили в ледяную воду. Однако, пред­варительно сняли наручники, чтобы не оставлять улик — и это спасло Алексею жизнь. Он сумел выбраться на парапет из ледяной воды и бежать. Помогли друзья — они следили за товарищем с момента задержания и оказались рядом на своей машине как раз в критический момент... В себя Алексей Якимов пришел только в хирургическом отделении больницы, где оставался в течение последующих де­сяти дней. У него был диагностирован перелом локтевого сустава, разрыв связки, многочисленные гематомы и другие травмы.

7 апреля Якимов обратился с заявлением в Управление собственной без­опасности ГУВД по Нижегородской области. 28 апреля 2009 г. следователем следственного отдела по Нижегородскому району СУ СК при прокуратуре РФ по Нижегородской области Крыловым В.В. по данному факту было возбуждено уго­ловное дело № 256660, по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

22 апреля пострадавший, посчитав обращение в государственные органы недостаточным, обратился в МРОО «Комитет против пыток». В ходе предвари­тельной проверки сотрудниками Комитета были, помимо самого Заявителя, опро­шены четверо его друзей, которые явились непосредственными свидетелями за­держания и произошедшей попытки убийства. Их не содержавшие разногласий объяснения, а также копия справки из травматологического пункта Канавинского района г. Н.Новгорода, выписка из истории болезни из ГКБ №39, заключение вра­ча травматолога ПОМЦ послужили основанием для проведения общественного расследования по факту обнаружения признаков нарушения Ст. 3 ЕКПЧ в отно­шении Якимова А.В. Юридическое сопровождение осуществлялось юристом МРОО Комитет против пыток Александром Немовым.

Следствие по уголовному делу № 256660 велось достаточно активно: в мае Якимов А.В. был признан потерпевшим, а 26 июня 2009 г. Тимофееву А.А. и Корёгину О.П. было предъявлено обвинение в совершении преступления, пред­усмотренного п. «а» ч.З ст. 286 УК РФ. Тем не менее, в процессе юридического сопровождения дела Немову А.В. пришлось столкнуться с рядом нарушений, в том числе с отказом главного врача МЛПУ ГКБ №39 в предоставлении Якимову копии карты стационарного больного и отказом Немову в ознакомлении с матери­алом проверки УСБ ГУВД, проведённой по заявлению Якимова А.В. Вышеоз­наченные действия были обжалованы в суд, который признал их незаконными.

5 октября Тимофееву А.А. и Корёгину О.П. было также предъявлено обви­нение в совершении преступлений, предусмотренных п «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ, ч. 1 ст. 325 УК РФ, ч. 1 сТ. 119 УК РФ, п «д», «е» ч. 2 сТ. 117 УК РФ.

Кроме того, в ходе общественного расследования председателем Комитета против пыток Игорем Каляпиным руководителю Следственного управления След­ственного комитета при прокуратуре РФ по Нижегородской области Стравинска- су В.В. было направлено заявление о преступлении в виде служебного подлога, выразившегося в изготовлении милиционерами подложного протокола личного досмотра Якимова. Однако, в возбуждении уголовного дела по данному факту было отказано ввиду того, что, по мнению следственных органов, изготовление подложного протокола являлось частью действий, направленных на уничтожение официального документа, которые на стадии предварительного следствии уже были квалифицированы по чЛ ст. 325 УК РФ.

В ходе судебного следствия подсудимые Тимофеев А.А. и Корёгин О.П. свою вину не признали, однако, суд не нашёл оснований не доверять показаниям свидетелей Вениаминова А.О., Газизова Р.М., Пигаева Д.Н., Шарина Е.А., кото­рые видели телесные повреждения у потерпевшего Якимова А.В. сразу после того, как ему удалось убежать в районе Гребного канала от подсудимых. Пока­зания допрошенных в ходе судебного заседания милиционеров Колесова В.М., Канина Е.М, Соколова П.Ю., Муравьева А.Н. и начальника РУВД Молякова И.А. также не опровергали показания Якимова о причинении ему телесных поврежде­ний. Суд не нашёл оснований не доверять заключению судебно-медицинской экс­пертизы о причинении потерпевшему телесных повреждений той степени тяже­сти, которые указаны в данном заключении. К доводам подсудимых о том, что они не уничтожали какие-либо документы, принадлежащие потерпевшему (речь идет о разорванном ими разрешении на ношение травматического оружия) суд отнёсся критически. Также суд критически отнесся и к утверждению подсудимых о том, что они не превышали своих должностных полномочий, не избивали Якимова, проводили в его отношении законные оперативно-следственные мероприятия, а потерпевший их оговаривает.

Суд указал, что из имеющегося в материалах уголовного дела графика де­журств сотрудников уголовного розыска ОУР УВД по Нижегородскому району за апрель 2009 года видно, что подсудимые Корёгин и Тимофеев 4 и 5 апреля 2009 года не находились на дежурстве. В судебном заседании было установлено, что Якимов не доставлялся в дежурную часть Нижегородского РУВД сотрудника­ми милиции (факт его задержания документально не подтвержден) и какие-либо документы по данному факту в материалах уголовного дела отсутствуют. Таким образом, никакого повода для признания Якимова А.В. задержанным и производ­ства в отношении него какого-либо досмотра у подсудимых не имелось вообще.

22 июля 2010 г. судья Нижегородского районного суда г. Н.Новгорода Пы­рьев Е.М. признал Тимофеева А.А. и Корёгина О.П. виновными в совершении преступления, предусмотренного п. «а, б» ч. 3 ст.286 и ч. 1 ст.325 УК РФ. Суд назначил каждому из подсудимых наказание в виде 3-х лет и одного месяца лише­ния свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Данное решение было обжаловано юристами КПП по причине чрезмерной мягкости наказания, не соответствующего тяжести совершенного преступления. Кроме того, государственным обвинителем Грачёвой А.Н. было внесено кассаци­онное представление, в котором она также настаивала на отмене приговора по тем же основаниям. Приговор также обжаловали и осуждённые милиционеры. Касса­ционным определением судебной коллегии по уголовным делам Нижегородско­го областного суда от 01.10.2010 г. приговор судьи Пырьева Е.М. был оставлен без изменений, а кассационные жалобы и представление — без удовлетворения.

12.07.2011 г. решением суда Канавинского района г. Н.Новгорода были ча­стично удовлетворены исковые требования потерпевшего о возмещении вреда, при­чиненного преступлением. С Минфина России за счет средств казны РФ в пользу Якимова А.В. была взыскана компенсация морального вреда в размере 200 000 руб., а также убытки, которые Якимов А.В. должен понести на проведение медицинских процедур в размере 850 руб. На данное решение Министерством РФ была подана кассационная жалоба, в которой Ответчик просил отменить решение Канавинского районного суда в части взыскания с Минфина России за счет средств казны РФ 850 руб. (посчитав, что истец в платных медицинских услугах не нуждается), а также просил рассмотреть суд вопрос о снижении размера компенсации морального вре­да. Определением судебной коллегии по гражданским делам Нижегородского об­ластного суда от 20 сентября 2011 года данное решение было оставлено без измене­ний. На этом работа Комитета против пыток по делу Алексея Якимова, длившаяся три года, была завершена, о чём в марте 2012 г. был составлен резолютивный отчёт.

Источник: Russian Gate

Назад...