Общественное расследование

Состязания в истязаниях.

"Состязания в истязаниях" Олег Миронов, Парламентская газета, № 31, 15 февраля, с.3

Читать письма, приходящие из тюрем и изоляторов временного содержания, порой бывает просто невыносимо. Ибо трудно себе представить, что человек абсолютно вменяемый, находящийся не только в здравом уме и ясной памяти, но еще при власти и погонах, способен совершить то, о чем в этих письмах написано.

Состязания в истязаниях

 

Вот, например, жалоба Александра Матекаева (фамилия, естественно, изменена). Она пришла из Республики Калмыкия, где сотрудники Элистинского ГОВД задержали его по подозрению в совершении преступления, которое он не совершал. "Сначала два сотрудника отдела доставили меня в камеру для задержанных и стали бить ногами и кулаками, требуя, чтобы я сознался в краже. Затем, не получив желаемого, они вызвали еще нескольких сотрудников милиции и стали издеваться все вместе, словно бы соревнуясь друг с другом. Спустили с меня брюки, надели на половой орган полиэтиленовую бутылку, а на руки наручники. Все смеялись и унижали мою честь и достоинство человека. Один принес молоток и так медленно и методично, но не сильно бил им по голове в одно и то же место. Боль ужасная, голова раскалывается".

 

Если описанная сцена не пытка, то тогда что же? Как ее назвать?

 

Разумеется, потерпевший от милицейского истязания Александр обратился в городскую прокуратуру, и та возбудила уголовное дело в отношении работников милиции. Но как это - увы! - часто бывает, прекратила его "за отсутствием в их действиях состава преступления". И тогда Александр написал нам, мы обратились в прокуратуру республики, и та отменила решение о прекращении уголовного дела.

 

Поражает география писем наших с вами сограждан, пострадавших от милицейского произвола. Пишут нам, как говорится, "от Москвы до самых до окраин". Удручает еще и то, что слишком часто только после нашего вмешательства начинает действовать прокуратура, законом обязанная, простите уж за тавтологию, следить за соблюдением законности. Так было, например, в Санкт-Петербурге, когда лишь наше обращение подтолкнуло городскую прокуратуру к возбуждению уголовного дела в отношении заместителя начальника 28-го отделения милиции Центрального РУВД господина Семяцкого А.Н., который незаконно задержал и более двадцати часов содержал в камере женщину, инвалида второй группы Д. и ее сына. Более трех часов находилась она в камере раздетой и разутой. Двенадцать часов ее не выводили в туалет. В это время она была лишена не только пищи, но и воды. А ведь это тоже пытка, только голодом, холодом и жаждой.

 

Иногда жертвами посягательств работников органов внутренних дел становятся даже не подозреваемые или задержанные по подозрению, а их родственники. Например, гражданин Е. принес 27 февраля 2002 года передачу брату в изолятор временного содержания Бугурусланского ГРОВД Оренбургской области. Передача была продуктовая, и, разумеется, сотрудники изолятора обязаны следить, чтобы в такого рода посылках не было предметов, которых там не должно быть. Но следить-то они обязаны строго по закону.

 

В Бугуруслане же произошло следующее. Двое работников изолятора, приняв от посетителя передачу, удалились в отдельную комнату. А это грубейшее нарушение инструкции. Там передача была вскрыта, упакованные продукты распакованы. В том числе и пачки чая.

 

После этого, вернувшись к гражданину Е., они силой отвели его в подвал, где в присутствии начальника изолятора стали требовать сознаться в попытке передачи брату наркотического средства. То есть конопли. Якобы гражданин Е. сознательно перемешал коноплю с чаем. Тот, естественно, отказался делать такое признание, поскольку ничего подобного не совершал. Это очень не понравилось сотрудникам изолятора, в результате чего они вывели гражданина Е. из подвала, завели в отдельный кабинет и начали жесточайшим образом избивать. От него требовали подписать заявление, что именно он собственноручно коноплю собрал, с чаем перемешал, а затем попытался передать эту смесь брату.

 

Они "начали меня избивать. Били кулаками, ногами и милицейской дубинкой. Удары наносились по всему телу и особенно по голове. Мне угрожали, что, если я не подпишу нужное заявление, меня пристегнут наручниками к батарее и засунут в анальное отверстие милицейскую дубинку. Избиения и издевательства продолжались около трех часов, после чего я подписал бумагу, не читая ее".

 

Боюсь, любой бы подписал, когда к концу такого "собеседования" у человека был сломан нос, сотрясение головного мозга и многочисленные ссадины и кровоподтеки по всему телу. Естественно, выйдя из изолятора, он написал заявление в прокуратуру Бугурусланского района, но та вынесла постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. После этого делом занялась областная прокуратура - и... тот же результат: дело прекращено, однако уже в ходе этой проверки вполне достоверно установлено, что никакой конопли в чае не было.

 

Ко мне обратились отец потерпевшего и сам гражданин Е., а мы в свою очередь вновь побеспокоили областную прокуратуру. В результате указанное постановление было отменено и дело возвращено на дополнительное расследование.

 

Каждый из приведенных выше примеров ужасен сам по себе, но сведенные вместе, дополненные сотнями аналогичных жалоб со всех концов нашей необъятной Родины, они создают поистине удручающую картину. Разумеется, мы разбираемся с каждой жалобой, каждым обращением. И права множества потерпевших от милицейского произвола уже восстановлены с нашей помощью. Более того, мы бьем во все колокола, посылаем аналитические и информационные материалы во все соответствующие инстанции, но, к сожалению, общая картина от этого не становится более благополучной. Ибо еще слишком сильно чувство безнаказанности и крепка корпоративная солидарность у тех людей в погонах, кто правоохранительные органы превращает в правохоронительные.


Информационный Центр правозащитного движения. Дайджест публикаций центральной прессы № 29 (567)

Назад...