Экстремизм в компьютере юриста Комитета против пыток не обнаружен, теперь ищут хоть что-нибудь

Событие | Пресс центр

22 июня 2012

Несмотря на то что прокуратура признала незаконным задержание Антона Рыжова и изъятие у него компьютера, Следственный комитет и полиция нашли еще один предлог не возвращать изъятое и теперь проводят проверку на наличие в этом компьютере нелицензионных программ.

(Оригинал фото: http://juiceboxdotcom.com)

Как сообщалось ранее, 21 января 2012 года в Нижнем Новгороде при выходе из поезда сотрудниками полиции был задержан юрист МРОО «Комитет против пыток» Антон Рыжов, который возвращался из поездки в Чечню, связанной с плановой работой в Сводной мобильной группе правозащитников. Рыжов был доставлен в дежурную часть Нижегородского линейного управления МВД России на транспорте, где у него изъяли ноутбук и электронные носители информации.

10 мая 2012 года Приволжский транспортный прокурор С.Д. Белов вынес в адрес начальника Управления на транспорте МВД РФ по Приволжскому федеральному округу представление об устранении нарушений закона. В своем представлении Приволжский транспортный прокурор указал, что А.И. Рыжов был доставлен в дежурную часть без наличия законных оснований. Кроме того, прокуратура установила, что личный досмотр Рыжова был проведен в нарушение закона. Прокуратура также констатировала, что изъятие ноутбука, карт памяти и USB-накопителей являются незаконными.

Сотрудники МКПП ознакомились с материалами проверок как в отношении Антона, так и в отношении сотрудников полиции. И вот «загогулина» какая вышла: оказалось, что тот самый Приволжский транспортный прокурор, господин Белов, одной рукой подписывая представление о нарушении закона, другой – подписал указание о проведении проверки на счет наличия у Рыжова на ноутбуке контрафактной продукции. Дескать, задержали-то незаконно, незаконно и «ноут» изъяли, но чего добру попусту пропадать, давайте-ка еще проверочку организуем…

Однако вернемся к январскому задержанию.

Следственным комитетом было установлено, что Рыжов был задержан после анонимного сообщения по телефону 02. Из расшифровки этого звонка следует, что звонивший, представившийся «чеченским полицейским», указывал на то, что Рыжов перевозит носители информации, «разглашающие данные предварительного расследования, в том числе ограниченного доступа, полученные незаконным путем». Самое интересное, в ходе проверки выяснилось, что номер, с которого был совершен анонимный звонок, определился с кодом Нижнего Новгорода – 831.

Что делал «чеченский полицейский» на Нижегородчине, неизвестно, да и был ли мальчик вообще? Зададимся этими риторическими вопросами и вернемся к материалам проверки.

Согласно пояснению одного из сотрудников полиции Д.В. Мазина, «в целях безопасности телефонный звонок Рыжову дали сделать не сразу, потому что была вероятность контрольного звонка с целью совершения ДТА (диверсионно-террористического акта)». Как указывает господин Мазин, во время разговора с Рыжовым он пояснил ему, что тот едет из Чечни и внешний облик его соответствует «приверженцу ваххабизма». Неизвестно, конечно, какой профиль у этого сотрудника полиции является основным, но его познания в области терроризма, ваххабизма и сопутствующего им «имиджмейкерства» выглядят сомнительными.

Несмотря на то, что на недавнем суде оперуполномоченный С.В. Цветков отрицал факт фотофиксации задержанного, в ходе проверки он сознался, что фотографировал Рыжова «с целью подтверждения того, что у них был Рыжов, а не кто-то другой». Также в своем рапорте господин Цветков указал: «О своей деятельности в организации Рыжов говорит открыто, выражает возмущение существующими нарушениями законодательства РФ». Приветствует ли сам правоохранитель это возмущение или сам возмущен возмущением правозащитника, непонятно.

Согласно материалам проверки в отношении Рыжова, слово «ваххабизм» было найдено в нескольких документах, имевшихся на изъятом компьютере. Что же это за «экстремистские» материалы? Это доклад Международной федерации за права человека (FIDH), доклад Спецдокладчика Комиссии по правам человека Энрике Берналеса Бальестероса за 2003 год, а также диссертация «Представления о рае в период Средневековья». Данные файлы были отправлены на экспертизу в ЭКЦ УМВД по Нижегородской области, где, разумеется, видимо, к сожалению проверяющих, никакого экстремизма не нашли. Также органы заинтересовались докладом правозащитной организации «Хьюман Райтс Вотч» о ситуации в Ингушетии. В справке об этом исследовании специалист Н.Н. Громова указала, что в тексте «имеются высказывания, в которых негативно оцениваются действия российских властей, руководства Ингушетии, сотрудников силовых структур».

В другом тексте специалист усмотрела высказывания, в которых негативно оценивается деятельность органов государственной власти России на Северном Кавказе в XVI — XIX веках. Доклад же господина Энрике Берналеса Бальестероса, согласно эксперту, негативно оценивает группу лиц «наемники». Но негативная оценка Спецдокладчика ООН – еще не экстремизм.

Продолжили искать дальше.

Проверили даже фразу из переписки по скайпу («Проверь свою почту. Мож дошло?»). Она была признана непригодной для исследования. Опять незадача…

Решили опросить сотрудников юридического факультета ННГУ им. Н.И. Лобачевского, где преподает Антон Игоревич. Те указали, что Рыжов никаких экстремистских материалов на факультете не распространял, также были опрошены граждане, ехавшие в одном купе с Рыжовым, которые также не помнили о том, что Рыжов им что-то демонстрировал. Вновь по воробьям…

Между тем с ноутбука Рыжова без какого-либо судебного решения была изъята вся электронная переписка, о чем имеется свидетельство в деле.

В деле также содержится информация обо всех поездках правозащитника на железнодорожном транспорте начиная с 2007 года. А в одном письме, адресованном начальнику Центра «Э» УМВД полковнику полиции Трифонову А.В., говорится: «Рыжов, возможно, связан с представителями и лидерами радикальных экстремистских движений и организаций, пропагандирующих крайние формы политической реакции, а также иные формы дестабилизации общественной жизни». Заметим, действительно, в Комитет против пыток обращаются разные заявители, в том числе к нам могут обратиться и экстремисты. Впрочем, с разными заявителями имеют дело и сами сотрудники Центра «Э», поэтому с такой же степенью уверенности можно утверждать о связи с лидерами радикальных движений самого господина Трифонова.

Итак, ничего экстремистского на компьютере Рыжова найдено не было. Неужели компьютер и флешки будут возвращены Рыжову? Ан нет!

Теперь господин прокурор дал указание провести исследование, подчеркнем, незаконно изъятого ноутбука (им же признанного факта), по следующим вопросам: «Какое программное обеспечение находится на ноутбуке? Имеются ли программы, предназначенные для преодоления лицензионной защиты»?

Видимо, нижегородские правоохранители из кожи вон лезут в попытке хоть чем-нибудь «зацепить» нижегородского правозащитника. И вот какая «солянка» получилась. Задержали Рыжова за якобы перевозку засекреченных материалов дел, в полиции говорили, что он собирается совершить диверсионный акт, расследование стали проводить по экстремизму, а теперь переключились на контрафакт. Будем надеяться, что на Рыжова и его тренировочные кеды не ляжет тень подозрения в их подделке под известный спортивный бренд.