Европейский суд обязал Россию обеспечить безопасность подследственного, заявившего о пытках в нижегородской колонии № 14

Событие | Пресс центр

01 июля 2014

Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) удовлетворил запрос юристов МРОО «Комитет против пыток» о принятии обеспечительных мер к заявителю и потребовал от властей Российской Федерации предпринять все необходимые меры для обеспечения его безопасности. Кроме того, ЕСПЧ потребовал немедленно организовать осмотр заявителя медиками, независимыми от органов системы исполнения наказаний, на предмет выяснения обстоятельств появления травм, описанных в поданной правозащитниками жалобе.В связи с тем, что жалоба была срочно коммуницирована Судом, власти Российской Федерации до 18 июля должны ответить на многочисленные вопросы, подтвердив их официальной документацией:

– когда и по какой причине заявителя перевели в ФКУ ИК-14 ГУФСИН России по Нижегородской области (далее ИК-14), власти должны предоставить документальное обоснование необходимости этого перевода;

– власти должны предоставить копии всех медицинских документов, в которых отражено состояние заявителя на момент поступления в ИК-14;

– где именно содержался заявитель в ИК-14, государство должно предоставить номера камер и сообщить, насколько помещение, функционирующее в режиме следственного изолятора ИК-14 (далее – ПФРСИ), изолировано от остальной колонии;

– имеют ли заключенные доступ в ПФРСИ, карантинные камеры и внутренний прогулочный двор;

– был ли у заявителя доступ к медикам и адвокату после 10 апреля 2014, государство должно представить соответствующие документы, а также все медицинские записи относительно состояния заявителя за апрель, май, июнь 2014;

– власти также должны описать меры, которые были предприняты для его защиты после первого избиения;

– осматривал ли заявителя врач после его избиений 12-13 июня 2014, власти должны ответить, были ли зафиксированы травмы на теле и голове заявителя, фотографии которых были предоставлены в Суд;

– отказывался ли фельдшер колонии осматривать заявителя 20 июня 2014 по запросу членов Общественной наблюдательной комиссии по контролю за соблюдением прав человека в местах принудительного содержания по Нижегородской области (далее – ОНК);

– был ли дан доступ представителям заявителя к медицинским записям о его состоянии.

Помимо этого власти Российской Федерации должны предоставить ЕСПЧ копии всех материалов проверки (либо уголовного дела), начатой по факту получения заявителем травм. Власти должны предоставить исчерпывающую информацию о том, какие именно следственные мероприятия были проведены по данному делу, что было предпринято для обеспечения сохранности доказательств. Например, велась ли видеозапись в соответствующих помещениях, и сохранились ли эти видеозаписи.

Кроме того, с учетом обстоятельств очень личного характера, описанных в жалобе и касающихся моментов сексуального насилия, Европейский суд принял решение применить к данному делу Правило 47 Регламента Суда и засекретить информацию об имени заявителя, которое на данный момент известно только его представителям, ЕСПЧ и российским властям. Ни одна из сторон процесса в ЕСПЧ не вправе разглашать данные о личности заявителя.

Напомним, в Общественную наблюдательную комиссию по контролю за соблюдением прав человека в местах принудительного содержания по Нижегородской области (далее – ОНК) обратился подследственный гражданин, который сообщил о неоднократных фактах чудовищных издевательств, которым он подвергся в колонии № 14 (Нижегородская область, поселок Сухобезводное). Правозащитники тогда направили обращения в Генеральную прокуратуру, Следственный комитет, ФСИН России с требованием защитить человека от издевательств и провести эффективное расследование указанных фактов, а также предоставили потерпевшему адвоката. Однако несмотря на то, что сообщение о преступлении было подано в Семеновский межрайонный следственный отдел СУ СК РФ по Нижегородской области еще 11 июня, его руководитель, Алексей Южин, счел возможным начать проводить необходимые следственные действия только 19 июня и только после соответствующих ходатайств адвоката. 23 июня господин Южин продлил срок доследственной проверки сообщения о преступлении до 30 суток. В связи с тем, что заявителю грозила реальная опасность, юристы Комитета против пыток обратились с жалобой в Европейский суд по правам человека с просьбой принять по ней обеспечительные меры.

«Так как Правило 39 Регламента ЕСПЧ не часто применяется Судом, можно сделать вывод, что в данном деле ситуация у заявителя более чем серьезная и, на мой взгляд, будет оставаться таковой даже при переводе его в другое исправительное учреждение, – комментирует заместитель председателя МРОО «Комитет против пыток», руководитель отдела международно-правовой защиты Ольга Садовская. – Учитывая, что подследственному инкриминируется совершение преступления, не связанного с применением насилия и опасности для общества он не представляет, считаю, что он вполне может быть помещен под домашний арест.

Кроме того, необходимо отметить попытки давления со стороны администрации ИК-14 на адвоката Евгения Губина, представленного правозащитниками заявителю для защиты своих прав. Как нам стало известно, в отношение адвоката была подана жалоба на то, что он не дал сотрудниками колонии ознакомиться с содержанием документов, подписанных заявителем и предназначенных для Европейского суда. Эти требования сотрудников администрации учреждения, безусловно, нарушают гарантии правовой защиты, которой обладает жертва нарушений прав человека в соответствии с практикой ЕСПЧ.

Еще в 2010 году Конституционный суд Российской Федерации во исполнение решений ЕСПЧ постановил, что цензура переписки подследственного с его адвокатом возможна лишь в случаях, когда у администрации учреждения есть разумные основания предполагать наличие в ней недозволенных вложений (что проверяется только в присутствии подозреваемого), либо имеется обоснованное подозрение в том, что адвокат злоупотребляет своей привилегией на адвокатскую тайну, переписка угрожает безопасности учреждения или носит иной противоправный характер. К сожалению, сотрудники ИК-14 с практикой Конституционного суда вряд ли знакомы».