Новые свидетели по делу Руслана Кутаева, как и предыдущие, мало что помнят

Событие | Пресс центр

26 мая 2014
На фото: Руслан Кутаев, источник: Кавполит

23 мая 2014 года после двухнедельного перерыва в Урус-Мартановском городском суде Чеченской Республики продолжилось рассмотрение уголовного дела в отношении известного чеченского общественного деятеля и политика Руслана Кутаева. На этот раз в ходе судебного заседания дали показания очередные свидетели со стороны обвинения, но так же, как и предыдущие свидетели, они практически ничего не помнят об обстоятельствах задержания Кутаева.Напомним, чеченского общественного деятеля обвиняют в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ (незаконные приобретение и хранение без цели сбыта наркотических средств в крупном размере). Правозащитники из Сводной мобильной группы (СМГ) убеждены, что дело носит заказной характер, а показания из обвиняемого выбивались пытками.

Судебный процесс над Русланом Кутаевым, по всей видимости, изначально планировался таким же быстрым, как и следствие по уголовному делу о тяжком преступлении, которое было проведено в рекордные сроки. Однако первые же допросы в суде чеченских полицейских и понятых выявили большое количество противоречий в показаниях свидетелей и, по сути, поставили под сомнение версию обвинения об обстоятельствах задержания Руслана Кутаева с тремя граммами героина.

Следующее заседание, назначенное на 16 мая, не состоялось: буквально за десять минут до начала заседания судья Дубков скоропостижно заболел и допрос оставшихся свидетелей обвинения был перенесен на неделю. 23 мая все свидетели обвинения начинали свое выступление в суде удивительно единообразно: с просьбы зачитать свои показания, данные в ходе предварительного следствия. Мотивировали тем, что «ничего не помнят за давностью события». Один из свидетелей, сотрудник полка Управления вневедомственной охраны, пожаловался не только на плохую память, но и на плохое знание русского языка: «Я по-русски не говорить. Есть у вас тут переводчик? Давайте, приведите его!». Тут не выдержал даже государственный обвинитель: «Я вас уверяю, защита вам сейчас так все подробности напомнит, что вы вспомните все!»

Новая тактика стороны обвинения (цель которой, видимо, избежать дотошных допросов адвокатов Кутаева) не сработала. Хотя надо отметить, что сотрудники отдела Уголовного розыска ОМВД Урус-Мартановского района вели себя в суде на порядок интеллигентнее и спокойнее, чем сотрудники республиканского управления УР МВД по Чечне, и были лучше подготовлены к допросам адвокатов Кутаева.

Тем не менее, противоречий, причем принципиальных, в показаниях свидетелей было много.

Важными стали показания свидетелей о наличии у них телефонов во время проведения так называемых оперативно-профилактических мероприятий, в ходе которых был, по версии следствия, задержан Руслан Кутаев. Почти все свидетели – и полицейские, и понятые – остались в этот день без связи. Кто-то оставил телефон дома, кто-то – в служебном кабинете на зарядке, кто-то «в машине отца» и т.д. Очевидно, что это – «домашняя заготовка», цель которой не дать оснований для ходатайства защиты об истребовании судом биллингов по телефонам свидетелей. Эти данные позволили бы установить, где именно на самом деле находились 20 февраля в 14.00 сотрудники полиции и понятые.

И только свидетель Юсупов признался, что он пользовался в этот день телефоном. Также он заявил суду, что созванивался с коллегами, участвовавшими вместе с ним в задержании Кутаева. Эти показания дают основания для заявления ходатайства защиты об истребовании по крайней мере детализации телефонных соединений Юсупова за тот день.

Также этот свидетель четко описал все признаки наркотического опъянения и не менее четко сказал, что ни одного такого признака у Руслана Кутаева он не увидел. На вопрос защиты, в чем именно выражалось «подозрительное поведение Кутаева», привлекшее к нему внимание полицейских, свидетель ответить не смог.

Никто из допрошенных свидетелей не смог внятно пояснить суду, каким именно образом был изъят, упакован и вскрыт в ходе личного досмотра главный «вещдок» – пакетик с наркотическим веществом. О том, какое именно вещество якобы обнаружено у Кутаева, они узнали со слов самого Кутаева, который, однако, никогда не употреблял наркотики. Даже по версии следствия, Кутаев «случайно нашел пакетик с неизвестным веществом в такси». Тем не менее, все свидетели как под копирку дали показания (еще до проведения исследования и экспертизы вещества), что это был героин весом 3 грамма.

– Каким образом вы рассмотрели с расстояния в 15 метров, что в пакетике находится именно героин и что вес его именно три грамма? – спросил свидетеля Бериева адвокат Петр Заикин. – У вас такое хорошее зрение? Вы снайпер?

– Нет, гранатометчик! – раздраженно ответил свидетель. – Я содержимое пакетика не видел, не знаю какого цвета бывает героин, но уверен, что это был именно героин.

Потом свидетель помолчал и предложил адвокату Петру Заикину: «Да ты как себе удобно пиши!»

После этой фразы все, включая судью и прокурора, рассмеялись, а недовольный свидетель перешел на чеченский язык и обратился к Руслану Кутаеву: «Такого дела, как с тобой, с таким фарсом и шумом у меня еще не было!»…

Следующее судебное заседание состоится 30 мая в 10:00.