Председатель Межрегионального комитета против пыток Игорь Каляпин: «Утверждения СУ СК при Прокуратуре РФ по Нижегородской области по делу Ольги Масловой абсурдны и далеки от реальности»

Событие | Пресс центр

28 октября 2008

Официальное заявление Председателя Межрегионального Комитета против пыток И.А. Каляпина от 24 октября 2008 года.

Вечером 23 октября Следственное управление Следственного комитета РФ по Нижегородской области разместило на своем сайте и распространило в СМИ официальное сообщение, в котором утверждается, что председателем «Комитета против пыток» была предоставлена «искаженная информация» журналистам, а также дана «предвзятая оценка действительной роли правоохранительных органов…..»

В связи с этим, считаю необходимым сделать следующее заявление:

Первое. В своем выступлении я не давал оценку «роли правоохранительных органов» вообще. Я давал оценку роли совершенно конкретных органов, расследовавших «дело Масловой» — органов прокуратуры Нижегородской области. И я по-прежнему утверждаю, что имею все основания оценивать «следствие» по делу Масловой как откровенный саботаж со стороны следственных органов прокуратуры Нижегородской области.

Второе. В пресс-релизе, распространенном Следственным Комитетом при прокуратуре, говорится, что «В период с 2000 г. прокурорами г. Н. Новгорода и Нижегородской области систематически предпринимались надлежащие меры по направлению указанного уголовного дела для рассмотрения в суд…». Однако эта информация противоречит фактам, которые я готов подтвердить имеющимися у меня официальными документами.

В указанный период следователями прокуратуры четыре раза выносились постановления о прекращении данного уголовного дела (2001, 2002, 2003, 2005 г/г). При этом следователи не только сами не расследовали дело, но даже не выполняли указания по расследованию, полученные от вышестоящих прокурорских инстанций.

Все эти постановления впоследствии были признаны незаконными и отменены. Хочу подчеркнуть, что отменены они были не по инициативе самих органов, осуществлявших расследование, а по жалобам потерпевшей – Масловой. Считаю необходимым пояснить, что в соответствии с приказом Генерального прокурора № 39 от 05.07.2002 г. «Об организации прокурорского надзора за законностью уголовного преследования в стадии досудебного производства», прокурорам указано «установить действенный надзор за законностью и обоснованностью прекращения уголовного дела и уголовного преследования, строго руководствоваться требованиями уголовно-процессуального закона. Безотлагательно отменять постановления о приостановлении предварительного следствия, о прекращении уголовного дела или уголовного преследования, если не исчерпаны все возможности для сбора доказательств и изобличения виновных» (пункт 10 указанного Приказа).

Однако ни разу прокуроры не отменили незаконные постановления самостоятельно. Таким образом, считаю возможным утверждать, что позиция следователей, неоднократно выносивших незаконные постановления о прекращении расследования по «делу Масловой», вполне разделялась и одобрялась соответствующими прокурорами. Хочу обратить внимание на то, что никто из этих следователей и прокуроров не понес ответственности за вынесение незаконных постановлений о прекращении расследования и нарушение приказа ГП РФ.

В данном случае, мы имели дело с так называемым «прокурорским пинг-понгом», когда следствие прекращается и возобновляется… до бесконечности. При этом никаких эффективных следственных действий не проводится, за вынесение незаконных решений никого к ответственности не привлекают. Прокуратура просто тянет время и выжидает, когда у потерпевшего кончится время, терпение и деньги на адвоката, чтобы обжаловать очередное незаконное постановление о прекращении расследования. К сожалению, такой «пинг-понг» мы наблюдаем в работе следственных органов прокуратуры Нижегородской области систематически по десяткам других дел, связанных с расследованием заявлений о пытках.

Именно отсутствие эффективного расследования, неоднократное вынесение следователями прокуратуры незаконных решений о прекращении расследования привело к тому, что очередное постановление о возобновлении уголовного дела в 2005 г. было обжаловано обвиняемыми в суде и признано незаконным, так как неоднократное возобновление уголовного преследования по одним и тем же основаниям законом не допускается. И это не моя оценка, это позиция, изложенная в решении суда, вступившего в законную силу.

Третье.

Утверждение о том, что уже после вынесения решения Европейским Судом органы следствия не могут продолжить расследование и предъявить обвинение, также не соответствует действительности.

В соответствии с УПК РФ, решение Европейского Суда по правам человека является основанием для возобновления расследования по делу ввиду новых обстоятельств. Напомним, что это основание возникло 24 января 2008 года, однако это не повлекло за собой никаких действий со стороны следственных органов. Не совсем ясно, какой еще “дополнительной информации” ожидает Следственный комитет. Кроме того, абсурдным является заявление о наличии препятствия в расследовании в виде решение суда 2005 года об отсутствии в действиях подозреваемых лиц признаков преступлений – якобы из-за этого решения прокуратура не может принять решение о предъявлении обвинения. Однако, прежде чем решать вопрос о предъявлении обвинения необходимо осуществить процедуру возобновления расследования по уголовному делу ввиду появления новых обстоятельств, предусмотренную статьей 413 УПК, чего Следственный комитет до сих пор не сделал.

Четвертое.

В пресс-релизе, распространенном СУ СК при прокуратуре РФ по Нижегородской области, я обвинен в «наличии предвзятости в оценке фактических обстоятельств дела». Должен сказать, что я, в отличие от представителей Следственного Комитета, и не претендую на абсолютную объективность. Хочу лишь отметить, что моя «предвзятая» оценка вполне согласуется с оценкой, данной Европейским Судом по правам человека, в решении которого сказано:

«Суд считает основной причиной данных ошибок полную некомпетентность органов прокуратуры, которые проводили расследование с 26 ноября 1999 года по 5 июля 2000 года» и далее: “Суд отмечает, что он установил факт нарушения статьи 3 Конвенции в части многочисленных недостатков и ошибок, совершенных органами следствия при расследовании соответствующего уголовного дела, в отношении первой заявительницы… Суд приходит к выводу, что имело место нарушение статьи 3 Конвенции в части отсутствия эффективного расследования по жалобе второго заявителя на жестокое обращение».

Напомню, что аналогичную «предвзятую» оценку работе органов прокуратуры по «делу Масловой» высказал и начальник объединенной пресс-службы судейского сообщества Нижегородской области Артем Босов на брифинге 29 января 2008г, где им были процитированы приведенные выше выдержки из решения Европейского Суда.

В заключение считаю необходимым еще раз заявить, что саботаж, который органы прокуратуры Нижегородской области осуществляли при расследовании уголовного дела по заявлению Масловой, продолжает осуществляться Следственным Комитетом при прокуратуре по десяткам других аналогичных уголовных дел. Именно поэтому многие нижегородцы, ставшие жертвами незаконного насилия со стороны представителей власти, не могут защитить свои права внутри страны и вынуждены обращаться в Европейский Суд по правам человека.

Судя по реакции, прозвучавшей в ответ на нашу критику в пресс-релизе СУ СК при прокуратуре РФ по Нижегородской области, эта прискорбная ситуация в ближайшее время к лучшему не изменится.

Председатель МРОО

«Комитет против пыток»

И.А. Каляпин