В СК уверены, что житель Чечни Мовсар Умаров после похищения находился под контролем силовиков

Событие | Пресс центр

18 декабря 2020

Заместитель руководителя первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления СК РФ по Чеченской Республике Шамиль Хамидов опроверг официальную позицию российского правительства о том, что безвестно исчезнувший житель Чечни Мовсар Умаров не был задержан и не содержался на территории подразделений правоохранительных органов Чеченской Республики. В настоящее время следователи расследуют дело об убийстве Умарова.

Напомним, 4 сентября 2020 года родственники жителя Чеченской Республики Мовсара Умарова обратились в Комитет против пыток с просьбой помочь установить его местонахождение. Как они рассказали, Мовсар был задержан 18 июля сотрудниками правоохранительных органов и доставлен в Ленинский отдел полиции города Грозного (ранее о пытках в этом отделе полиции рассказал другой заявитель Комитета против пыток Тимур Дебишев – прим. авт.). На следующий день после задержания сотрудники Ленинского отдела полиции сообщили родственникам, что Умарова передали в полк полиции по охране нефтегазового комплекса УВО НГ РФ по Чеченской Республике (в обиходе его называют «Нефтеполк» – прим. авт.). На вопрос о причинах задержания им ответили, что ничего плохого Мовсар не совершил и где-то через неделю они вызовут родственников по отцовской линии и муллу, проведут воспитательную беседу и отпустят. В течение всего времени пребывания Мовсара на территории «Нефтеполка» его жена и мать приносили ему еду, но видеться с ним им не давали вплоть до 7 августа.

Вечером 7 августа родственников Умарова попросили срочно прийти в «Нефтеполк». Когда они приехали, их провели на территорию и завели в кабинет без таблички. Там находился Мовсар и ещё около 7-10 сотрудников. Один из них назвался «Джабраилом». Позднее брат Мовсара Умарова, присутствовавший на той встрече, опознал этого человека благодаря фотографиям, размещенным в интернете, как подполковника Зелимхана Агмерзоева – командира 3-ей роты «Нефтеполка» (ранее брат Умарова ошибочно опознавал «Джабраила» как Магомеда Байтуева, помощника главы Чеченской Республики Рамзана Кадырова – прим. авт.). Видимых телесных повреждений у Умарова не было. Со слов матери Мовсара, от него требовали, чтобы он дал показания, необходимые для поимки двух «шайтанов» из Ингушетии и Дагестана, в противном случае ему угрожали 15-20 годами тюремного заключения. После этой встречи Мовсара с родственниками ему разрешили иногда пользоваться телефоном для связи с ними. Он несколько раз созванивался с женой и 10 августа сообщил ей, что его должны отпустить. Последнее сообщение от него пришло вечером 11 августа: «Я на встрече». Больше Мовсар на связь ни с женой, ни с кем-либо из родственников не выходил.

18 августа родственников Умарова снова вызвали в «Нефтеполк». Там вновь присутствовал человек, представившийся «Джабраилом», который сообщил им, что Мовсар якобы сбежал от полицейских во время задержания подозреваемого на территории Ингушетии. Брат Мовсара спросил «Джабраила», почему они в таком случае не объявили его в розыск, если он сбежал, будучи под контролем правоохранительных органов. На это «Джабраил» развел руками и сказал, что ему это непонятно.

14 сентября юристы Комитета против пыток направили в Европейский суд по правам человека жалобу о нарушении прав Мовсара Умарова, предусмотренных статьями 3 и 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод: «Запрет пыток» и «Право на личную неприкосновенность». Правозащитники попросили Суд применить «Правило 39» и потребовать от Российской Федерации обеспечительных мер по установлению местонахождения Умарова, а также гарантии его освобождения и безопасности.

Европейский суд отказал в удовлетворении просьбы правозащитников о применении «Правила 39», но присвоил жалобе приоритетный статус.

25 сентября Уполномоченный Российской Федерации при Европейском суде Михаил Гальперин сообщил, что Мовсара Умарова никто не задерживал и не доставлял в какие-либо правоохранительные органы Чеченской Республики. Он добавил, что после обращения родственников Умарова в правоохранительные органы, проведением проверки занялся следственный отдел Ленинского района СУ СК России по Чеченской Республике. В ходе проверки следствие установило, что Мовсар Умаров не задерживался и не подвергался жестокому обращению со стороны представителей власти или третьих лиц.

28 сентября в Следственном комитете возбудили уголовное дело по заявлению матери Умарова, указав, что ими обнаружены признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ («Убийство»).

В ноябре юристы Комитета против пыток обратились с жалобой к руководству следственного управления Следственного комитета России по Чеченской Республике в связи с отказом следователя в удовлетворении ходатайства о проведении проверки на месте показаний родственников Умарова, которые заявляют, что видели Мовсара 7 августа на территории «Нефтеполка».

В декабре этого года правозащитники получили ответ заместителя руководителя первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Чеченской Республике Шамиля Хамидова, в котором он сообщил следующее: «В своих показаниях потерпевшие (родственники Умарова – прим. авт.) детально описали место их встречи с Умаровым М.М. на территории полка, расположение помещений, обстановка и интерьер кабинетов. В настоящее время у следствия не возникают сомнения в объективности этих показаний, в том числе содержание Умарова М.М., в определенное время, после его похищения на территории названного полка».

«Сейчас мы не можем точно утверждать, какими именно доказательствами помимо свидетельских показаний, подтверждается факт пребывания Мовсара на территории «Нефтеполка», так как ознакомиться с материалами дела мы сможем лишь при передаче его в суд, либо в случае его приостановления, – поясняет руководитель северокавказского филиала Комитета против пыток Дмитрий Пискунов. – Но мы удовлетворены тем, что Следственный комитет занял здравую позицию по уголовному делу и не побоялся опровергнуть изначальную позицию российского правительства, которую сообщил Европейскому суду по правам человека Михаил Гальперин. В ближайшие дни мы дополним нашу жалобу в Страсбург новой информацией и, конечно же, продолжим дальше взаимодействовать со Следственным комитетом по этому уголовному делу».