«Применение силы носило кратковременный характер». Так в прокуратуре ответили на жалобу красноярца — после допроса ему диагностировали сотрясение и черепно-мозговую травму
В конце декабря прошлого года 53-летнего Петра Королева задержали на улице. Мужчина говорит, что на него накинулись с двух сторон, ударили несколько раз по голове и повалили лицом на землю. Петра доставили в отдел полиции поселка Нижняя Пойма. Он вспоминает, что ему не объяснили причину задержания — практически сразу, еще по дороге в отдел, его начали избивать.
По словам мужчины, пытки продолжились и в отделе полиции: его поставили лицом к стене, максимально расставили ноги и периодически били.
«Они наносили мне удары электрошокером по ногам, я падал от боли и кричал, меня поднимали, и все повторялось заново», — говорит Петр.
Только после угроз и пыток Королеву объяснили, что его подозревают в убийстве двух лошадей в охотничьем угодье. Петр говорит, что мог убить животных случайно во время охоты, в темноте приняв их за приближающегося медведя. Королев находился в отделе полиции 10 часов, его отпустили в статусе свидетеля. Медэкспертиза зафиксировала у мужчины закрытую черепно-мозговую травму, сотрясение головного мозга, обширный ушиб грудной клетки и кровоподтеки левого бедра.
Королеву отказали в возбуждении уголовного дела по жалобе на пытки. Он обратился к Уполномоченному по правам человека РФ и получил ответ из прокуратуры:
«Его препровождение в отдел полиции являлось доставлением для дачи показаний и участия в следственных действиях…Применение физической силы носило кратковременный характер….Законность действий сотрудников полиции подтверждена постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела», — говорится в ответе прокуратуры Нижнеингашского района Красноярского края.
С этим не согласен ни Королев, ни юристы. «Прокуратура, которая должна обеспечивать надзор за соблюдением закона, использует размытые формулировки вместо юридически значимых понятий: потенциально незаконное задержание обозначено «препровождением», а возможные пытки — «кратковременным применением физической силы». Такое описание ставит под сомнение эффективность прокурорского надзора и в очередной раз показывает, что государство отказывается называть вещи своими именами», —комментирует юристка Команды против пыток Александра Исаенко.