В прокуратуре Ингушетии отменено тринадцатое незаконное приостановление уголовного дела о пытках

Событие | Пресс центр

23 апреля 2021

Заместитель прокурора Республики Ингушетия отменил тринадцатое приостановление расследования уголовного дела о пытках местного жителя Альберта Хамхоева сотрудниками Центра по противодействию экстремизму. За три года расследования единственный подозреваемый в этом уголовном деле сотрудник Центра «Э» был переведен в разряд свидетелей, по делу не проведено многочисленных следственных действий, несмотря на это следователи приостанавливали его тринадцать раз.

Напомним, в декабре 2017 года в Комитет против пыток за юридической помощью обратилась жительница поселка Яндаре Республики Ингушетии Аза Хамхоева. Она сообщила, что 14 ноября 2017 года приблизительно в 15 часов к ним в дом ворвались люди в масках, в черной и камуфляжной форменной одежде, в руках у которых было автоматическое оружие. Вместе с ними были три человека в гражданской одежде, у которых при себе были пистолеты. По словам Азы, неизвестные в масках схватили ее сына Альберта Хамхоева, связали ему руки, приставили к стене и вложили ему в руку пистолет, после чего засунули его ему за пояс.

«После этого они вывели Альберта во двор и опять приставили к стене, вытащили из пистолета обойму, где было два патрона, и положили на землю. Эти действия они запротоколировали в присутствии двух понятых, которые приехали вместе с вооруженными лицами в масках. Далее люди в масках совместно с лицами в гражданской одежде провели обыск всего нашего домовладения. Сам обыск длился около двух часов. Ничего запрещенного не обнаружили, и складывалось впечатление, что это действие они проводили для соблюдения формальностей», — рассказывает Аза Хамхоева.

Дальнейшие события описал уже сам Альберт Хамхоев адвокату Александру Караваеву, предоставленному Комитетом против пыток: «Меня посадили в „Приору“, вместе со мной в ней было пять человек. Сразу надели черный полиэтиленовый пакет на голову, обмотали его скотчем и всю дорогу до остановки били руками по голове без объяснения причин, совали дуло автомата мне в бок. После этого меня, как был, в пакете и наручниках, завели в какое-то здание. Отвели на второй этаж, завели в кабинет, поставили на колени и продолжили бить. Били по голове пластиковой бутылкой, наполненной водой. Потом на пальцы рук прицепили какие-то прищепки и стали бить током так, что пару раз терял сознание. С пальцев провода сняли, прикрепили в область ушных мочек, снова били током».

По словам Альберта, после пыток его вывели из здания, и один из сопровождавших его правоохранителей сказал, что они находятся в Центре противодействия экстремизму МВД Республики Ингушетия. Альберт также пояснил адвокату, что от него требовали признаться в том, что изъятое у него оружие было получено им от участников незаконных вооруженных формирований.

В отношении Альберта Хамхоева было возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 222 УК РФ («Незаконные приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия, его основных частей, боеприпасов»). 16 ноября 2017 года он был заключен под стражу сроком на два месяца.

«17 ноября 2017 года около восьми часов вечера меня из ИВС отвезли в ФСБ в Магасе. В этом здании меня вновь пытали током», — говорит Альберт Хамхоев.

21 ноября 2017 года уполномоченный по правам человека Республики Ингушетия Джамбулат Оздоев посетил Альберта в следственном изоляторе Карабулака. Омбудсмен подтвердил, что видел на теле Хамхоева многочисленные следы физического насилия.

Впоследствии 10 сентября 2018 года Альберт Хамхоев был приговорен Назрановским районным судом Республики Ингушетия к полутора годам ограничения свободы условно. 13 ноября 2018 года Верховный суд Республики Ингушетия изменил этот приговор и назначил Альберту наказание в виде лишения свободы на тот же срок, постановив, что наказание следует считать отбытым с учетом времени, проведенного в СИЗО и под домашним арестом.

В связи с жалобой Хамхоева на пытки 22 января 2018 года следователь Назрановского межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по Республике Ингушетия Гандалоев вынес постановление о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ («Превышение должностных полномочий с применением насилия»), в отношении неустановленных сотрудников полиции.

6 июня 2018 года в уголовном деле появился первый подозреваемый – им стал сотрудник Центра противодействия экстремизму республиканского МВД Андрей Овада, который на момент преступления был старшим оперуполномоченным.

Поскольку расследование дела несколько раз приостанавливалось из-за невозможности участия в нем Овады, а следователь отказал в ходатайстве правозащитников об избрании подозреваемому меры пресечения, юристы Комитета против пыток подали жалобу в Магасский районный суд.

В июле прошлого года в ходе судебного заседания по этой жалобе следователь Магомед-Амин Шадыжев уведомил стороны процесса, что еще 26 октября 2019 года с Андрея Овады были сняты подозрения и он стал свидетелем по уголовному делу о пытках. Также следователь сообщил, что само дело было в десятый раз приостановлено 10 февраля 2020 года – на этот раз с формулировкой «в связи с не установлением лица, подлежащего к привлечению в качестве обвиняемого».

Всего за время расследование уголовное дело приостанавливалось тринадцать раз. Последний –11 января 2021 года. Юристы Комитета против пыток обжаловали очередное постановление следователя о приостановлении дела.

Сегодня правозащитники были извещены о том, что 8 апреля обжалуемое постановление следователя было отменено заместителем прокурора Ингушетии Гириханом Хазбиевым как незаконное.

В своем решении господин Хазбиев указал, что следователь по уголовному делу не провел большой комплекс следственных действий. Так, например, он не допросил сотрудников УФСБ по Ингушетии, которые проводили с Альбертом Хамхоевым оперативно-розыскные мероприятия в следственном изоляторе, не изучил информацию о телефонных соединениях сотрудников Центра «Э», не провел очных ставок между свидетелем и полицейскими и много другое.

«О каком эффективном расследовании можно говорить, если спустя три года после возбуждения уголовного дела заместитель прокурора Ингушетии указывает следователям на необходимость проведения около десятка допросов, очных ставок и иных следственных действий, которые должны были быть проведены давным-давно и после которых в деле должны были появиться обвиняемые, – говорит юрист Комитета против пыток Магомед Аламов. – Мы, конечно, будем добиваться наказания для следователей, которые допустили такую волокиту, а также передачи расследования этого дела на республиканский уровень».